Причём к этому возрасту щитовидная железа уже была настолько серьёзно поражена, что я до сих пор подозреваю: заболевание могло начать формироваться значительно раньше, возможно, ещё во внутриутробном периоде. В одной доле щитовидной железы обнаружили три узла, а в другой — огромный воспалительный участок, занимавший практически половину доли.

Представляете? Моему ребёнку всего шесть лет, а в её щитовидной железе уже происходят настолько серьёзные изменения!

И что мне предложили врачи? Наблюдать. Контролировать анализы, периодически делать УЗИ и ждать. Если щитовидная железа перестанет справляться со своей функцией — назначить заместительную гормональную терапию, СКОРЕЕ ВСЕГО ПОЖИЗНЕННО.  А если появятся серьёзные осложнения, возможно, придётся удалить...
И знаете, что меня тогда поразило больше всего?

Я понимала логику стандартного медицинского подхода. Если щитовидная железа перестаёт вырабатывать достаточно гормонов, их необходимо восполнять. Но заместительная терапия не устраняет сам аутоиммунный процесс. А мне важно было найти ответ на другой вопрос: что заставило иммунитет моего шестилетнего ребёнка атаковать собственный организм?

И я начала искать. У меня ни на секунду не было сомнения, что я должна сделать всё возможное, чтобы помочь своей дочери. Я буквально носом рыла землю: изучала исследования, читала книги, искала специалистов, разбиралась в иммунологии, эндокринологии, питании, воспалительных процессах и влиянии окружающей среды.

И в какой-то момент судьба свела меня с Томом О'Брайеном (Tom O'Bryan) — специалистом в области функциональной медицины, автором международных бестселлеров The Autoimmune Fix и You Can Fix Your Brain. Мне посчастливилось пройти у него обучение и даже попасть в очень небольшую, практически семейную группу по вопросам восстановления здоровья, в работе которой участвовал лично он, его супруга и нас 10 “помогающих себе”.

Именно тогда у меня начала складываться целостная картина того, как развивается аутоиммунный процесс и почему, работая только с поражённым органом, мы можем упускать важнейшие взаимосвязи.

Наша иммунная система — это невероятно сложная и умная система защиты. Её задача — распознавать потенциальные угрозы, уничтожать опасные микроорганизмы, контролировать повреждённые клетки и защищать организм. Но у иммунной системы есть ещё одна важнейшая функция: она должна уметь отличать своё от чужого.

В иммунологии это называется иммунологической толерантностью. И вот при аутоиммунных заболеваниях эта способность нарушается. Иммунные клетки начинают распознавать определённые структуры собственного организма как мишени для атаки.

При аутоиммунном тиреоидите такими мишенями становятся компоненты клеток щитовидной железы, в том числе тиреоидная пероксидаза (TPO) и тиреоглобулин (Tg).

Тиреоидная пероксидаза — это фермент, который участвует в синтезе гормонов щитовидной железы. А тиреоглобулин — белок, необходимый для образования и хранения предшественников этих гормонов. То есть речь идёт о совершенно нормальных и жизненно важных компонентах нашего организма.

Но при АИТ иммунная система начинает реагировать на них как на мишени. Активируются Т-лимфоциты, запускаются воспалительные реакции, а В-лимфоциты вырабатывают антитела к тиреоидным белкам — те самые АТ-ТПО и АТ-ТГ, которые многие женщины видят в своих анализах.

В ткани щитовидной железы накапливаются иммунные клетки. Развивается хроническое воспаление, повреждаются клетки, вырабатывающие гормоны, а при длительном течении заболевания нормальная ткань железы может частично замещаться фиброзной.

Именно так аутоиммунный процесс способен постепенно приводить к снижению функции щитовидной железы.

Но самое интересное для меня было не в этом. Я хотела понять, что происходит ДО того, как иммунная система начинает атаковать щитовидную железу.

Сегодня мы знаем, что аутоиммунные заболевания формируются при взаимодействии нескольких факторов.

Первый — генетическая предрасположенность. У человека могут присутствовать особенности генов, отвечающих за распознавание антигенов и регуляцию иммунного ответа. Например, с развитием АИТ связаны определённые варианты генов HLA, CTLA-4 и PTPN22. Но генетическая предрасположенность — ещё не само заболевание. Наличие таких генетических особенностей не означает, что человек обязательно заболеет - это это ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ КЛЮЧЕВОЙ МОМЕНТ, который дает уверенность, что мы сами МОЖЕМ УПРАВЛЯТЬ ЭТИМИ ПРОЦЕССАМИ.

Второй — факторы, способные влиять на иммунную регуляцию. Среди них инфекции, избыточное поступление йода, состояние ЖКТ, особенности микробиоты кишечника, обеспеченность некоторыми микронутриентами, хронический стресс и различные воздействия окружающей среды.

Третий — нарушение иммунологической толерантности. Это тот момент, когда защитная система организма начинает поддерживать воспалительную реакцию против собственных тканей.

И здесь есть один особенно интересный механизм, который называется молекулярной мимикрией.

Представьте, что иммунная система встречает чужеродный белок — например, белок определённого микроорганизма. Она распознаёт его, активирует защитные клетки и начинает вырабатывать антитела.

Но иногда отдельные участки чужеродных белков по своей структуре напоминают фрагменты белков нашего собственного организма. Такие участки называются эпитопами — именно их распознают антитела и рецепторы иммунных клеток.

И вот здесь может возникнуть проблема: иммунная реакция, направленная против чужеродного антигена, иногда оказывается перекрёстно направленной и против собственных тканей.
Это и есть молекулярная мимикрия.

Например, в исследованиях аутоиммунных заболеваний изучается сходство отдельных антигенных участков белков микроорганизмов с человеческими белками. В контексте заболеваний щитовидной железы исследователи рассматривают возможные перекрёстные реакции с тиреоидными антигенами, в том числе с тиреоидной пероксидазой (TPO) и тиреоглобулином (Tg).

Но есть и ещё одна интересная тема, которой я уделяла огромное внимание, — кишечник и взаимодействие пищевых белков с иммунной системой.

В норме пищевые белки расщепляются в пищеварительном тракте на более мелкие фрагменты — пептиды и аминокислоты. При этом иммунная система кишечника постоянно контактирует с пищевыми антигенами и в большинстве случаев формирует к ним толерантность, то есть не запускает опасную воспалительную реакцию.

Однако при некоторых состояниях нарушаются процессы пищеварения, состояние слизистой оболочки или регуляция кишечного барьера. В результате взаимодействие пищевых антигенов с иммунной системой может изменяться.

Хороший пример — глютен, белковый комплекс, содержащийся в пшенице, ржи и ячмене. Одна из его фракций — глиадин. Некоторые фрагменты глиадина относительно устойчивы к полному расщеплению пищеварительными ферментами.

У некоторых людей определённые пептиды глиадина способны запускать патологическую иммунную реакцию. В этом процессе участвует фермент тканевая трансглутаминаза 2 (TG2), изменяющий отдельные фрагменты глиадина, после чего они эффективнее распознаются иммунной системой у генетически предрасположенных людей.

В результате иммунная реакция направляется не только против глютеновых антигенов: при целиакии вырабатываются также аутоантитела к тканевой трансглутаминазе.

И вот что особенно интересно: целиакия и аутоиммунный тиреоидит встречаются вместе чаще, чем можно было бы ожидать случайно. У этих заболеваний есть общие генетические и иммунологические особенности.

Поэтому состояние кишечника и возможное наличие целиакии действительно заслуживают внимания при АИТ, особенно если есть соответствующие симптомы или факторы риска.
Но здесь важно понимать сам механизм: не любой пищевой белок, попавший через кишечный барьер, становится причиной аутоиммунной атаки. Для развития заболевания необходимы определённые особенности иммунного ответа.

Для меня главным открытием стало другое: иммунная система, кишечник, генетика, окружающая среда и эндокринные органы постоянно взаимодействуют. И если мы хотим разобраться в аутоиммунном заболевании, нужно видеть эту взаимосвязь.

Посмотрите, насколько интересно устроен этот процесс.

При аутоиммунном тиреоидите иммунная атака направлена против компонентов щитовидной железы. При ревматоидном артрите иммунное воспаление поражает прежде всего синовиальную оболочку суставов, вызывая боль, отёчность и постепенное повреждение суставных структур. При витилиго иммунная система атакует меланоциты — клетки, которые вырабатывают пигмент кожи. При псориазе иммунные реакции с участием Т-лимфоцитов и воспалительных сигнальных молекул нарушают нормальное обновление клеток кожи. При сахарном диабете первого типа иммунная система разрушает бета-клетки поджелудочной железы, вырабатывающие инсулин.

Органы разные, клинические проявления разные, но в основе этих заболеваний лежит общий принцип — нарушение иммунной толерантности и развитие иммунной реакции против собственных тканей.

Именно поэтому меня перестал удовлетворять подход, при котором всё внимание сосредоточено исключительно на органе, ставшем мишенью аутоиммунной атаки. Я захотела посмотреть шире.

Что происходит с иммунной системой? Какие факторы поддерживают воспалительные процессы? Какую роль играют питание, кишечник, сон, стресс, физическая активность и окружающая среда?

Я решила работать не только с последствиями, но и с теми факторами, на которые мы действительно можем влиять.

Постепенно, на протяжении нескольких лет, я выстроила целую систему. Не временную диету на месяц, не набор добавок и не очередной эксперимент над организмом. Я изменила сам образ жизни всей нашей семьи.

И в основе этой системы было шесть направлений.

1. Питание
Первое, с чего я начала, — питание. Меня интересовало не просто количество калорий, белков, жиров и углеводов. Я стала гораздо глубже разбираться в том, как питание влияет на обмен веществ, состояние кишечника, обеспеченность организма необходимыми нутриентами и работу иммунной системы.
Особое внимание уделяла полноценности рациона, качеству продуктов и индивидуальной переносимости пищи. Для меня было важно, чтобы организм ребёнка получал всё необходимое для роста, развития и восстановления.

2. Работа с нежелательными воздействиями окружающей среды
Вторым направлением стала оценка того, с чем наш организм контактирует каждый день. Бытовая химия, косметика, материалы, которые мы используем дома, качество воды, воздуха, пищевых продуктов — всё это часть окружающей среды.
Я начала внимательнее относиться к потенциально вредным воздействиям и по возможности уменьшать их. Для меня это была не история про бесконечные «детоксы» и очищения. Это была работа над созданием более здоровой среды, в которой живёт и развивается мой ребёнок.

3. Управление физиологическим стрессом
И здесь хочу остановиться особенно подробно.
Многие женщины думают, что стресс — это когда мы нервничаем, переживаем, ссоримся или испытываем сильные эмоции. Но стресс бывает не только психологическим.

Можно жить совершенно спокойно, не испытывать серьёзных эмоциональных потрясений, но при этом регулярно подвергать организм значительным физиологическим нагрузкам.

Хронический недосып, недостаточное питание, чрезмерные тренировки, отсутствие полноценного восстановления, постоянное нарушение режима дня — всё это может влиять на работу адаптационных систем организма.
Поэтому я стала обращать внимание не только на эмоциональное состояние, но и на то, насколько грамотно организована наша повседневная жизнь.

4. Качество ночного восстановления
Сон стал одним из главных приоритетов. Во время сна происходят важнейшие процессы регуляции нервной, эндокринной и иммунной систем. Сон влияет на воспалительные реакции, обмен веществ и способность организма восстанавливаться после дневных нагрузок.
Мы пересмотрели режим дня, время отхода ко сну, вечерние привычки и условия ночного отдыха. Мне было важно, чтобы восстановление стало естественной частью жизни, а не тем, на что остаётся время после всех остальных дел.

5. Физическая активность
Я уделяла внимание регулярному движению, но без избыточных нагрузок. Физическая активность необходима для нормального обмена веществ, здоровья мышц и костей, работы нервной системы и поддержания иммунной регуляции.

Но принципиально важно, чтобы нагрузка соответствовала возрасту и возможностям организма. Моей задачей было не заставить ребёнка тренироваться больше, а создать условия для здоровой, естественной физической активности.

Тут нашим спасением стала лошадь))) Да-да я купила лошадь и моя дочь занялась профессиональным конкуром и это тоже стало частью терапии - ТЕРАПИИ СЧАСТЬЕМ)

6. Психосоматика, отношение к себе, к миру и к болезни
И наконец, направление, которому я уделяла огромное внимание, — психоэмоциональное состояние.

Я убеждена, что отношение человека к себе, собственному телу, болезни и окружающему миру имеет огромное значение для качества его жизни. Поэтому мы много работали со страхами, переживаниями, внутренним напряжением, отношением к болезни и формированием ощущения безопасности.

Я не хотела, чтобы моя дочь росла с убеждением, что она больной ребёнок, которому всю жизнь придётся чего-то бояться. Мне хотелось, чтобы она росла с ощущением силы, уверенности и доверия к собственному организму.

Все эти шесть направлений постепенно стали не отдельными лечебными мероприятиями, а естественным образом жизни нашей семьи.

И самое главное — со временем мы увидели результат.

Сегодня, когда я смотрю на результаты её обследований, я вспоминаю ту маленькую шестилетнюю девочку, у которой обнаружили три узла в одной доле щитовидной железы и огромный воспалительный участок в другой.

И сравниваю это с тем, что мы имеем сейчас.

В той доле, где находились три узла, сегодня на УЗИ не обнаруживают патологических изменений. Она выглядит так, словно когда-то в ней вообще ничего не происходило.

А в другой доле, где воспалительные изменения занимали практически половину ткани, остался лишь небольшой горизонтальный участок фиброза — своеобразный рубец на месте прежнего поражения.

Антитела (которые были около 900) снизились до нормы.

Представляете, что это значит для меня как для матери???

Я помню каждый этап нашего пути. Сколько было пролито слез, прочитано книг, изучено, сколько решений принято, сколько привычек изменено.

И всё это время мы не использовали фармакологические препараты для лечения аутоиммунного тиреоидита. Мы работали с питанием, образом жизни, восстановлением, физической активностью, окружающей средой и психоэмоциональным состоянием.

Я поставила перед собой задачу сделать всё возможное для здоровья своего ребёнка. И сегодня я вижу, насколько сильно изменилось состояние её щитовидной железы.

Для меня это огромная личная победа!!

Сегодня моя дочь — красивая, энергичная девушка с роскошными густыми волосами. И когда я смотрю на неё, я понимаю, что все эти годы поисков были не напрасны.

Именно эта история стала одним из самых важных событий, определивших мой дальнейший профессиональный путь. Я продолжила изучать эндокринную и иммунную регуляцию, процессы воспаления, метаболическое здоровье и механизмы биологического старения.

И чем глубже я погружалась в эту тему, тем яснее понимала: наш организм невозможно рассматривать как набор отдельных органов, которые существуют независимо друг от друга.

Это единая система, в которой всё взаимосвязано.

Потому что за годы работы я увидела, насколько часто женщины сталкиваются с похожей ситуацией.

У кого-то диагностируют АИТ, у кого-то возникают нарушения функции щитовидной железы, у кого-то появляются изменения веса, хроническая усталость, проблемы со сном, нарушения менструального цикла.

И очень часто женщина начинает искать решение каждой проблемы отдельно. Для веса — диета. Для усталости — витамины. Для сна — очередная добавка. Для щитовидной железы — отдельный протокол.

Но ведь наш организм так не работает!

Гормональная, нервная, иммунная и метаболическая системы постоянно взаимодействуют. И именно поэтому я создала свою программу ЭНДОКРИНУМ.

В её основе лежит системный подход к работе с тремя важнейшими нейроэндокринными осями женского организма: мозг — надпочечники, мозг — щитовидная железа, мозг — яичники.

Мы будем разбираться в том, как работают эти системы, как они влияют друг на друга, какие изменения происходят с возрастом и на какие факторы мы можем воздействовать.

В программе предусмотрен расчёт фенотипического биологического возраста на основе лабораторных показателей, оценка метаболического и гормонального здоровья и последовательная работа с управляемыми факторами.

Но есть ещё кое-что особенное.

Я прекрасно понимаю, насколько сложно самостоятельно разобраться в огромном количестве информации об аутоиммунных заболеваниях. Когда-то мне самой пришлось потратить на это годы.

Поэтому я решила собрать весь свой практический опыт в отдельный бонусный протокол поддержки здоровья при аутоиммунном тиреоидите.

В нём я подробно расскажу о шести направлениях, с которыми работала в своей семье: питании, снижении нежелательных воздействий окружающей среды, управлении физиологическим стрессом, качестве сна, физической активности и психоэмоциональном состоянии.

Вы получите не просто список рекомендаций, а последовательную структуру, которая поможет разобраться, с чего начинать, на что обращать внимание и как внедрять изменения в повседневную жизнь.

Мне потребовались годы, чтобы пройти этот путь. А вам я хочу передать собранные знания и опыт в понятной пошаговой системе.

И независимо от того, есть ли у вас АИТ, основная программа ЭНДОКРИНУМ будет посвящена тому, что важно практически для каждой женщины: гормональному и метаболическому здоровью, сохранению энергии, функциональных возможностей и здоровому долголетию.

ЭНДОКРИНУМ - ВАШ ПЕРВЫЙ ШАГ К ОСОЗНАННОМУ УПРАВЛЕНИЮ ГОРМОНАЛЬНЫМ БАЛАНСОМ И БИОЛОГИЧЕСКИМ ВОЗВРАСТОМ.

БОНУС: мой авторский протокол поддержки здоровья при АИТ.

ПОДРОБНОСТИ ТУТ 🔽